Ошибка
  • JUser: :_load: Не удалось загрузить пользователя с ID: 355
Menu

Б А Б А Н

- Ты что здесь расселся? – Бабан влетел в кабинет начальника милиции. – Почему ты здесь сидишь, придурок? – Бабан был растрепан. Он был без пиджака, в одной рубашке, пуговицы которой оказались неправильно застегнуты. Одна пола льняной, но очень дорогой рубашки была застегнута ширинкой, изображая собой мужской член. Хорошо знающий Бабана человек сразу определит – глава выпил не менее полутора литра хорошей водки.

  - Ну, ты, полегче! – Встал из – за стола начальник милиции. – Я тебя сейчас в камеру определю. – Вчера они пили вместе, и начальник местной милиции тоже еще не отрезвел. Нарочно закричал. – Дежурный!

- Дурак. – Бабан рассвирепел, - У тебя на территории преступление совершилось, а ты меня в камеру хочешь посадить.

- Какое еще преступление? – Начальник милиции успокоился. – Садись, рассказывай.

- У меня гар..- Бабан никак дальше не мог выговорить  слово полностью. – У меня гар…- Он раскинул руки. – У меня, - Наконец выговорил Бабан, - Гармонь украли. – Он заплакал. Сел за стол, обхватил голову руками и плакал навзрыд. – Это уникальная саратовская гармошка. Ее мне композитор Бикташов подарил. Этот татарин из Дергачей. Я ему взамен дорогой перстень подарил. – Бабан опять громко заплакал. – Дай мне пистолет. – Вдруг он попросил начальника милиции.

- Зачем тебе пистолет? – Начальник милиции сел напротив Бабана. Он беспокойно смотрел на Бабана. – Ты меня хочешь застрелить?

- Нет, - Вдруг успокоился Бабан. Он встал, выпрямился, стал строгим и серьезным. – Я сам застрелюсь.

   Начальник милиции представил себе лежащий посреди своего кабинета труп Бабана, бегающих вокруг врачей и оперов, плачущего в углу друга Бабана прокурора. Начальнику милиции стало плохо, и он тоже заплакал. Плечи его вздрагивали в унисон всхлипам Бабана.

- Зови дежурного. – Первым пришел в себя Бабана. – Пусть собирает весь личный состав, и пойдем искать гармошку. Я знаю, где ее искать.

  Начальник милиции мутно поднял голову и преданно посмотрел в глаза Бабана.

- Ты помнишь, где мы вчера гуляли? – Начальник милиции помнил только отрывочно. Сначала были в районном Доме культуры, потом в ресторане, а затем выехали за город, то ли на поляну, то ли в лес.

- Конечно, - Уверенно ответил Бабан, - Помню. На Дунькиной поляне были.

- На какой еще Дунькиной поляне? – Удивился начальник милиции. – Я знаю Марьину гору. Там Марью на горе убили, а потом гору и Марью в фильме «Вечный зов» показывали.

- Не в фильме «Вечный зов», - Возразил Бабан и вытер остатки слез со своего опухшего лица. – А в фильме «Угрюм – река».

- Нет, - Возразил начальник милиции, - Это был другой фильм. Там Марью на горе убили. А с Дунькой что сделали?

- А ее трахали. – Засмеялся Бабан.  И закричал. – Ты почему до сих пор милицию не поднял?

- А аэродром поднимать будем? – Спросил начальник милиции. – Там тоже много народа, и тоже ничего не делают.

- Хоть мы – то работаем. – Согласился Бабан. – Давай, всех поднимай.

  Начальник милиции пошел к выходу из кабинета.

- Ты куда пошел? – Закричал Бабан. – У тебя, что телефона нет.

- А эти менты, - Начальник милиции многозначительно поднял палец вверх, - Пока в морду не дашь, ничего не понимают. А по телефону я в морду дать не могу. Как я по телефону могу в морду дать? – Бормотал он и спускался по лестнице со второго этажа на первый. Дежурный тоже с опухшим лицом майор, через окошко посмотрел на своего начальника.

- Тебе чего? – Спросил дежурный у начальника. – Может, в магазин сбегать?

- Нет, - Начальник милиции облокотился на окошечко. Он засмеялся. – В магазин мы Бабана пошлем. Литра на три хорошей водки мы его раскрутим.        Начальник милиции пальцем поманил к себе майора, а когда тот подошел, крепко ухватил его за ухо. Майор от боли закричал.

- Собирай весь личный состав, - Зашептал на ухо дежурного начальник милиции. – Беда случилась.

- Какая еще беда? – Испугался дежурный. – Убили кого?

- Гармошку у Бабана украли. – Расстроено заявил начальник милиции. Он отпустил ухо дежурного. – На аэродром позвони, пусть весь личный состав собирают. Будем искать гармошку.

- А участковых из деревень собирать? – Дежурный благодарно смотрел на начальника за то, что отпустил его ухо.

- Всех собирай. – И доверительно добавил дежурному. – Гармошка очень дорогая. Ее Бабану какой – то татарин композитор подарил.

- Мусоргский? – Спросил дежурный.

- Нет, - Уверенно ответил начальник. – Мусоргский - еврей. А этот татарин. На букву Б его фамилия. Кажется, Бородин. Но Бородин – русская фамилия.

- Нет, - Это уже возразил дежурный, как бы поддерживая своего шефа. – Бородин – это татарская фамилия. Есть у меня друг Бородкин – этот чисто русский, а Бородин – татарин. У татар есть слово бора, идет, значит. Вот и этот композитор татарин тоже куда – то идет.

  По лестнице вниз спускался Бабан. Туманным взором он заметил начальника милиции, за окошечком увидел дежурного.

- Всех подняли? – Спросил Бабан. Увидев утвердительно кивающие головы, добавил. – Пойду в администрацию, подниму этих бездельников, пусть тоже идут искать мою гармошку.

- Не надо администрацию. – Возразил начальник милиции. – От твоих придурков толку мало. Я аэродром поднял. Быстро найдем.

- Самолеты применять будешь? – Спросил Бабан.

- Я думаю, до самолетов не дойдет. – Веско сказал начальник милиции. – Самолеты и заблудиться могут. А вот личный состав в полном составе поднимем. – И добавил ласковым голосом. - Пусть гармошечку поищут. – Обнял Бабана за плечи. – Пойдем, выпьем и на Марьину поляну поедем.

- Я же тебе говорил, что это Дунькина поляна, а не Марьина. – Рассердился Бабан. – Литературы начитался или телевизор насмотрелся. Смотри у меня. Будешь, как этот олух, - Бабан показал на дежурного майора, - Дежурным работать. – И вдруг обратился к дежурному. – Почему у тебя ухо красное?

- Комар укусил. – Тут же нашелся дежурный. – Залетел, гад, в отдел, и меня в ухо укусил. – Добавил радостно. – Но я его поймал и прихлопнул!

- Ты с нами поедешь. – Приказал Бабан дежурному.

- Он же на дежурстве. – Возразил начальник милиции. Добавил торжественно. – Он на посту и свято выполняет свой долг.

- Ага! – Обрадовался Бабан. – Только и умеет комаров прихлопывать. – И неожиданно схватил дежурного за красное ухо. – А гармошку найти слабо?

- Найду я вашу гармошку, - Дежурный был уже в курсе последних событий, - Если вы меня с собой возьмете.

- Значит, - Опять обрадовался Бабан, - Это ты украл мою гармошку?

- Не брал я вашей гармошки, - Чуть не заплакал дежурный, - А найти ее я вам помогу.

- Значит, так, - Бабан отпустил ухо дежурного, - Берем его с собой. Он нам на дунькиной поляне пригодится.

- Нельзя его брать. – Снова возразил начальник милиции. – Может генерал Рашидов приехать. Что я ему скажу?

- Скажешь, что я, - Не отставал Бабан, - Дежурного с собой взял на ответственное задание.

  Бабана направился к выходу тяжелой походкой. Потом неожиданно вернулся, зашел в кабинет оперативного дежурного, выглянул в окошечко и сказал начальнику милиции.

- Ты что – то сказал насчет выпивки. – Бабан подмигнул дежурному. Опять выглянул в окошко. – Ты хорошей водки принеси, а то херню какую – нибудь подсунешь.

  Начальник милиции почти побежал на второй этаж. Вернулся он быстро, неся в руках пару рюмок и один апельсин.

- А майору? – Остановил Бабан жестом начальника милиции. – Он тоже человек.

- Перебьется. – Огрызнулся начальник милиции. – Он на дежурстве.

- Тогда я, - Воспользовался моментом дежурный, - Не поеду гармошку искать. – Протянул руку к бутылке. – Дайте я разолью. – Взял бутылку, достал из тумбочки стола большой стеклянный стакан и сначала наполнил его до отказа. Потом налил водку «Майкрософт» в рюмки, снял кожуру с апельсина и разделил его на дольки. Торжественно доложил, взял в левую руку, наполненный водкой до краев стакан. – У меня все готово.

  Начальник милиции выхватил из руки дежурного стакан с водкой и моментально опрокинул его в горло. Водка пошла тяжело, лицо начальника милиции покраснело, как ухо дежурного. Бабан перехватил из его руки стакан, сам налил себе полный стакан, выпил легко, взял дольку апельсина, но есть ее не стал, а подбросил и пинком левой ноги отбросил дольку в угол кабинета оперативного дежурного.

- Пошли искать гармошку. – Приказал Бабан. Дежурный резко схватил стакан из руки Бабана, тоже наполнил его до краев и без предварительной подготовки опрокинул содержимое стакана в рот. Тут же дежурный быстро схватил дольку апельсина и проглотил ее, еще две дольки положил в карман форменной летней куртки. Тут он глубоко выдохнул и сказал: «Все, пошли искать гармошку. Я готов.

     Они втроем, Бабан, начальник милиции и дежурный вышли на небольшую площадь перед районным отделом милиции. Она была до отказа заполнена людьми в милицейской форме, подтянулись люди с аэродрома. Люди в голубой летной форме отличались от людей в форме милицейской и стояли отдельной кучкой. Перед ними стоял подполковник в кокетливой фуражке и что – то весело рассказывал. Летчики смеялись. Когда все увидели, что к ним подходят Бабан и начальник милиции, начали выстраиваться в шеренги. Милиционеры стали выстраиваться в три шеренги, а летчики, которых оказалось меньше, в две. Получились не очень стройные ряды, насчитывающие около роты.

- Мы все сегодня, - Обратился начальник милиции к собравшимся, - Идем на ответственное задание. – Он перевел дух и кашлянул в сжатый кулак правой руки. – Мы идем искать гармошку на Дунькиной поляне. – Наконец – то начальник милиции правильно выговорил название поляны. В строю летчиков кто – то истерически засмеялся.

- Ничего тут смешного нет! – Громко закричал начальник милиции. – Это историческая гармошка и ее нашему уважаемому главе подарил композитор, лидер национального меньшинства нашей области, Бородин. Это великий татарский композитор, но пишет он музыку по – русски. Это называется русскоязычный композитор. Поэтому перед нами стоит не только историческая, но и национальная задача. И мы не должны ударить в грязь лицом. – Начальник милиции посмотрел на кривые шеренги собравшихся. – Может, кто хочет выступить с ответным словом? – Еще раз осмотрел милиционеров и летчиков. Желающих не было – Нет? Тогда стройными рядами идем на место поиска. – Тут он опять сделал ошибку. – До Марьиной поляны ровно шесть километров. За час дойдем и тут же начнем поиск. – В рядах кто – то зароптал, но поступила команда «Смирно», потом – «Налево» и две колонны направились на край города.

- А ты на поляне куда вчера ходил? – Спросил начальник милиции Бабана. – Ты за угол ходил?

- Куда это за угол? – Переспросил Бабан. – Там кругом деревья.

- Ну, я имею в виду, - Начальник милиции немного застеснялся. – Ты по маленькой нужде за угол ходил?

- Я по маленькой нужде, - Рассердился Бабан, - За деревья ходил. А с гармошкой в это время Клавка оставалась. Она ведь не могла эту гармошку продать. – Он задумался, почесал затылок. – Я Клавке иногда денег даю. Нет, она не могла мою гармошку продать.

- Слушай, - Вдруг обрадовался начальник милиции, - А там вчера все прокурор мотался. А он не мог твою гармошку украсть?

- Этот мог. – Согласился Бабан. – Но я все время вместе с прокурором был. И гармошка при мне была. Я бы увидел, как он гармошку спер. Нет, это не он.

   Начальник милиции и Бабан ехали за город на служебной машине главы. Они быстро обогнали две колонны, обдав милиционеров и летчиков облаками пыли.

- Медленно идут! – Рассердился Бабан. Приказал водителю автомобиля. – А ну – ка, останови машину, я им перца задам.

- Не надо. – Отговорил начальник милиции. – Они все – равно быстрее не пойдут. Да и жарко сейчас. – Вдруг предложил. – Давай, пивка попьем, пока эти идут, - Тут он сказал правильно, - До Дунькиной поляны. – Бабан согласился попить пива, и приказал шоферу поворачивать назад. Они еще раз проехали мимо колонн, обдав людей очередной порцией пыли.

  Кафе расположилось на самой обширной и оживленной улице городка. В нем было почти пусто, только два подозрительных типа интеллигентного вида стояли у стоек и потягивали из стеклянных кружек пиво.

- Ты не мог привезти меня в порядочное место? – Обиделся Бабан на начальника милиции. – Сюда, наверное, даже твои суточники из «обезьянника» не заходят. Или ты с ними сам сюда постоянно заглядываешь?

Ишь, как хорошо дорогу сюда знаешь. – Бабан довольный засмеялся.

 Начальник милиции тоже обиделся. Он прошел к барной стойке, заказал три кружки пива.

- А ты кому, - Спросил Бабан, - Третью кружку заказал? - И опять поиздевался. – Тому алкашу из «обезьянника», с которым сюда ходишь? – Довольный опять засмеялся. – Ты ему позвонил?

  Начальник милиции еще сильнее обиделся и хотел совсем уйти.

- Я тебе уйду! – Пригрозил Бабан. – Будешь, как я обещал, дежурным в своей милиции работать. Или постовым. – Ехидно спросил. – Хочешь постовым работать? – Потом успокоился. – Пей, давай, пиво, пока оно холодное.

   Подошла официантка в голубом сарафанчике, чтобы получить деньги за пиво. Она встала очень неудачно, совсем рядом с Бабаном. Бабан не упустил возможности воспользоваться моментом. Держа в левой руке кружку с пивом, правой рукой он задрал сзади ей сарафанчик, залез в трусики и положил огромную жирную руку на худенький зад официантки. Он продел эту операцию так быстро, что бедная девушка не успела даже возмутиться. Она хотела что – то сказать, но в это время начальник милиции сунул ей в руку деньги. Девушка дернулась вперед, высвобождая из трусиков руку Бабана, и побежала к барной стойке.

- Сдачи не надо. – Крикнул ей вслед Бабан.

- Ты что, с ума сошел? – Закричал на Бабана начальник милиции. – Я ей пятисотку дал.

- Подумаешь, - Презрительно ответил Бабан, - Он пятисотку дал. А вчера в Саратов в сауну ездил, там сколько денег оставил? Девки – то хоть хорошие были?

- Не твое дело, куда я ездил. – Огрызнулся начальник милиции. – Ты моими деньгами не распоряжайся. – Успокоился. – Девки хорошие были. Одна из Молдавии попалась. Но ее прокурор себе забрал.

- Так ты еще и с прокурором ездил? – Возмутился Бабан. И задал провокационный вопрос. – А гармошку мою с собой брали?

- Ну что ты все с этой гармошкой пристаешь? – Начальник милиции опять обиделся. – Поехали гармошку искать.

- А кто третью кружку выпьет? – Напомнил Бабан. – Ты ее вообще кому взял?

- Я всегда со своим шофером захожу сюда пиво пить. – Сознался начальник милиции. – Я думал, твой шофер тоже пропустит кружку. – И добавил. – На улице очень жарко. Мужик, - Имея в виду шофера Бабана, - Уже запарился.

- Перебьется. – Отрезал Бабан. Он взял в руки третью, полную пивом кружку, присел на корточки и вылил все пиво прямо на пол. Потом выпрямился и поставил кружку на стойку.

- Все, - Приказал Бабан, - Поехали искать гармошку.

  Шофер быстро повел машину по городским улицам. Они в третий раз обогнали колонны милиционеров и военных, уже подходящих к Дунькиной поляне.

  Дунькина поляна была определенной гордостью городка, где администрировал Бабан. Здесь часто праздновали Троицу, плели венки, пели песни, проводя различные конкурсы художественной самодеятельности. Бабан любил такие посиделки. Перед ним ходили женщины в сарафанах и кокошниках, собирался весь свет района и он мог с каждым пообщаться в неформальной обстановке. А когда торжество достигало своей пиковой точки, Бабан уединялся с какой – нибудь красавицей в чащу леса и обязательно что – нибудь терял. Его потерями были часы, мобильный телефон, однажды приехал домой без трусов. Он любил по позднему возвращению домой раздеться до трусов, взять гармошку в руки и выйти перед двором к речке Медведица, сесть на ее затененном берегу и растянуть меха. Вот в таком виде и застала его однажды жена. Он сидел на берегу в майке, с гармошкой в руках, но без трусов. Она быстро сбегала домой, принесла его махровый халат, который, кстати, ему тоже подарили татары на своей национальном празднике Сабантуй, и увела домой.

   В этот раз он приехал домой, разделся и собрался на свои творческие посиделки на речку. А гармошку не нашел. Он тут же оделся и приехал к начальнику милиции искать пропажу.

  Дунькина поляна счастливо дышала, легкий ветер бегал по листьям спокойных деревьев, трава давно проснулась и выпрямилась. В самом ее начале кучкой стояли несколько деревьев, за поляной лес был густой, высокий и таинственный. На поляне обычно отдыхали, в густой лес ходили по нужде и отдыхали, и развлекались совершенно по другому.

  Бабан вышел из машины, несколько раз присел, в левой ноге хрустнула косточка.

- Хорошо здесь. – Довольно сказал Бабан.

- Вчера лучше было. – Добавил тоже вышедший из машины начальник милиции.

- Давай, - Увидел приближающиеся колонны людей Бабан, - Расставляй людей. Пора искать гармошку.

   Людей оказалось очень много.  Начальник милиции расставил людей в две цепочки. Первыми пошли милиционеры, следом за ними – летчики.

- Ты зачем их в две цепочки расставил? – Поинтересовался Бабан.

- А мои менты все – равно ничего не найдут. – Признался начальник милиции. – У них ни ума, ни нюха. А вот летчики народ сознательный и старательный. Эти найдут.

- А зачем ты тогда своих ментов взял? – Удивился Бабан.

- Чтобы ты не возникал. – Еще раз откровенно признался начальник милиции. – А тут и ты доволен, и милиционеры мои на свежем воздухе побудут, да еще потом хорошо работать будут.

- Ну, ты и хитрый! – Похвалил Бабан. – Если найдешь гармошку, я тебе обязательно премию выпишу. – Добавил. – Большую премию.

- Нет, ты жадный. – Упрекнул Бабана начальник милиции. – Ты много не можешь дать.

- Семнадцать тысяч хватит? – Спросил Бабан. - Это ведь много?

- А почему семнадцать? – Удивился начальник милиции. – Дал бы ровно – двадцать, например. Или двадцать пять – это юбилейная цифра.

- Тебе и семнадцать тысяч много. – Съязвил Бабан. – Десять – это круглая цифра, а семь – цифра мусульманская. Вот и  получается семнадцать. Я же тебе говорил, кто мне гармошку подарил.

   Цепочки милиционеров и летчиков уже прошли поляну и вошли в лес на противоположной стороне.

  Сзади Бабана и начальника милиции раздался гул мощной машины. На своей иномарке к ним приехал прокурор города и района. Он сам был за рулем. Остановил и выскочил на поляну. Также, как недавно Бабан, несколько раз присел, разводя при этом руки в стороны.

- Гармошку ищите? – Спросил он, не глядя на недруже6любно встретивших Бабана и начальника милиции. – Зря, не найдете.

- А ты откуда знаешь? – Злобно спросил Бабан. – И почему не найдем?

- А потому что искать не умеете. – Засмеялся прокурор. – Над вами уже весь город смеется. Меня бы пригласили, я бы один нашел.

- Летчики найдут. – Уверенно сказал начальник милиции.

- А милиционеры помогут, - Добавил Бабан, - Найти гармошечку. Я в них верю. Они не зря зарплату получают. – Довольный заметил. – Я начальнику милиции премию пообещал.

- От тебя дождешься. – Прокурор тоже, как начальник милиции, не верил в щедрость главы. – Рублей сто дашь.

- Он мне пообещал семнадцать тысяч. – Похвастался начальник милиции. – Может быть и больше даст, если гармошку найдем.

- Семнадцать рублей он тебе даст. – Не смотрел на Бабана прокурор. – Может быть, двадцать пять рублей. – Повернулся к Бабану. – А мне сколько дашь, если я твою гармошку найду?

- Так это ты ее украл? – Стал сердито догадываться Бабан. – Отдай, гад, гармошку!

- Я у тебя гармошку не воровал. – Тоже рассердился прокурор. – Мы хотели просто пошутить.

- Кто это – мы? – Бабан еще не верил, что сейчас он найдет свою любимую гармошку. – С кем ты спер мою гармошку.

- А сколько ты мне за нее премию выпишешь? – Стал торговаться прокурор. – Я согласен на двадцать семь тысяч.

- Тебе семнадцать. – Повернулся Бабан к начальнику милиции. Затем посмотрел на прокурора. – И тебе двадцать семь. Итого получается сорок четыре тысячи. – Бабан задумался. – Нет, мужики, многовато. – Опять посмотрел на начальника милиции. – Вообще – то за что я тебе должен премию выдавать? – Посоветовался с прокурором. – Как ты думаешь на этот счет?

- Он тревогу поднимал. – Заступился за начальника милиции. – Потом своих ментов собрал, летчиков и техников от полетов освободил. – Одновременно прокурор хотел и Бабана поддержать. – Я думаю, семь тысяч рублей премии он заработал.

- Тогда и тебе надо уменьшить премию на десять тысяч. – Тоже начал торговаться начальник милиции. – Хватит тебе семнадцать тысяч рублей.

- Так где – же гармошка? – Не выдержал Бабан.

- А ты не обманешь? – Опять засомневался прокурор. – Давай сначала деньги, а потом гармошку получишь.

- Нет, - Возразил Бабан, - Стулья, то есть, гармошка, утром, деньги – вечером. – Ударил прокурора по плечу. – Я тебя не обману, отдам семнадцать тысяч. – Потом обернулся к начальнику милиции. – О тебе тоже подумаю. Летчикам и ментам по фляге спирта подарю. Давай гармошку.

- Ты отбой дай. – Посоветовал прокурор начальнику милиции. – Пусть люди домой идут. А мы с тобой, - Сказал он Бабану, - По сто граммов врежем. У меня в машине есть.

   Начальник милиции что – то говорил по мобильному телефону. Чувствовалось, что на другом конце переговоров его не понимают, и он сердился. Наконец он сматерился и побежал через поляну в лес. Бежал и что – то продолжал кричать в телефон. Споткнулся, упал и выронил мобильник. Быстро поднялся на ноги, вернулся к прокурору и Бабану.

- Вы без меня тут ничего не делайте. – Задыхаясь, прокричал он им. – Я сейчас вернусь. – И вновь побежал через поляну.

   Прокурор и Бабан залезли в прокурорскую машину.

  - Ну, - Просительно обратился Бабан к прокурору, - Где моя гармошка? Я сегодня из – за нее всю ночь не спал.

 - Мы с Клавкой остались возле машины, - Прокурор достал из бардачка бутылку водки, закуску и начал разливать спиртное в рюмки, - А ты пошел до ветру. Потом вернулся, попросил гармошку и уснул.

- Вот, вот! – Обрадовался Бабан. – Я без гармошки спать не могу. – Бабан взял рюмку с водкой и выпил. – Я же помню, что спал, но держал гармошку в руках.

- Мы тебе, - Засмеялся прокурор, - Когда ты стал засыпать, вместо гармошки, рюкзак дали. За лямки рюкзака ты держался и храпел. Ничего не заметил. – Прокурор тоже выпил.

- А что потом было? – Умирал от любопытства Бабан.

- Мы ее на дерево повесили. – Опять засмеялся прокурор. Показал в сторону кучки деревьев на краю поляны. – Вон она висит. – Прокурор засмеялся еще громче. – Клавка твоя на дерево лазила, чтобы гармошку к ветке прицепить. Кто ее теперь доставать будет? Может Клавку привезти?

- Вот стерва. – Не рассердился Бабан. Он увидел возвращающегося назад начальника милиции. – Клавку не надо привозить. Вон начальник милиции идет, он гармошечку нам с дерева достанет!

 

 

 

 

 

                             ШКОЛЬНЫЙ    ВАЛЬС

 

  Над речкой Медведицей ярко и быстро поднималось солнце. Сквозь деревья и их широкие листья только что блистали его золотые лучи, а вот и само оно встало величаво над деревьями. Лучи бежали по тихой глади Медведицы, разбивались о берег, рассыпались золотистыми звездочками по земле, исчезали в неизвестности, и вот новые лучи стремились от солнца к речке, по глади воды к берегу и опять исчезали.

  Но Бабан не замечал всей этой красоты. Он сидел в тени деревьев на самом берегу речки, тупо уставившись в водную гладь и растягивая меха саратовской гармошки. А еще он мычал песню, и, наверное, сам не знал, какую песню он поет. Но отрывисто доносилось слова Волга и матушка. Однако пальцы очень быстро бегали по пуговичкам гармошки.

- Бабан, - Сзади сидящего у речки Медведица огромного, пузатого и седого человека, появился еще один. Этот был в прокурорской форме. Костюм его помят и одна из двух больших звездочек на погоне левого плеча вот – вот должна была отскочить. – Ты еще не спал?

- А! – Бабан повернул голову. – Это ты, прокурор? Ничего не вижу, но знаю, что это ты пришел. Чего ты хочешь? Не видишь, я еще занят. Приходи в кабинет.

- Это куда, в кабинет? – Чувствовалось, что прокурор тоже пьян. – Ты этот кабинет скоро потеряешь. Он уже не твой. Жопой чую, что кабинет не твой.

- Но пока мой. – Бабан опустил гармошку на землю. Он встал с земли, подтянул полосатые трусы на большой живот. – Еще не родился человек, который отберет у меня мой кабинет. – Он раскинул широко руки и воскликнул. – Пока я глава района – это все мое. – Присел на корточки, ударил огромным кулаком по земле и добавил. – Это все мое!

- Здесь - твое. – Согласился прокурор. – А вот после того, что ты вчера наделал, ничего твоего не осталось – Прокурор присел на лежавший на земле огромный чурбан дерева. Бабан присел рядом на землю.

- Давай, рассказывай. – Забеспокоился Бабан. – Что ты вчера наделал.

- Дурак, - Рассердился прокурор. – Это не я, а ты наделал. – Прокурор никак не мог успокоиться. – Мы с тобой вчера в детском лагере отдыха были?

- Были. – Закивал головой Бабан.

- Ты с девчонкой десятиклассницей танцевал? – Прокурор в упор смотрел на Бабана.

- Танцевал. – Согласился Бабан. Начал оправдываться – Так она сама меня на белый танец пригласила.

- А что дальше было? – Ехидно спросил прокурор. – На какой танец ты ее повел.

- Блин, вспомнил. – Закричал Бабан. – Я ней потом по аллейкам гулял. – Радостно добавил. – Она мне стихи рассказывала.

- А потом что? – Допытывался прокурор.

- Дальше ничего. – Угрюмо сказал Бабан. – Дальше она ушла, а я остался под деревом.

- Ты помнишь, - Не отставал прокурор, - Что ты с ней сделал?

- А ты бы что с ней сделал? – Перевел вопрос на прокурора Бабан. – Вот перед тобой здоровая, красивая девка. – Бабан ткнул пальцем в грудь прокурора. – Ты бы что сделал?

- Я бы, - Задохнулся от злости прокурор, - Спросил у нее, сколько ей лет. – Опять ехидно добавил. – А потом бы под дерево повел.

- А я как сделал? – Спросил Бабан.

- А ты, - Не переставал ехидничать прокурор, - Сначала ее под дерево повел, а потом про возраст спросил.

- Да не спрашивал я у нее, - Махнул рукой Бабан, - Про возраст. Она сама потом сказала.

- Тебе про возраст сказала. – Тяжело вздохнул прокурор, - А ко мне с папой пришла.

- Не может быть! – Вскочил на ноги прокурор. – И что теперь будет?

- Отец заявление написал. – Огорченно сказал прокурор. – Теперь я обязан проверку провести и возбудить уголовное дело. – Ударил ладонью руки по лбу Бабана. – Теперь тебе хана. – Удовлетворенно закончил. – А ты говоришь – кабинет твой. Ничего у тебя уже нет.

- А выход есть? – Спросил Бабан. – Хоть маленький выход.

- Есть маленький выход, - Загадочно ответил прокурор, - Но через большие деньги. – Сразу же добавил. – Через очень большие деньги.

- Так что ты мне здесь мозга насилуешь? – Закричал Бабан. – Поехали этот маленький выход искать.

  Бабан полез в машину прокурора.

- Ты куда полез? – Закричал прокурор. – В одних трусах поедешь?

- Ты что орешь? – Огрызнулся Бабан. – Тебя бы на мое место, ты бы и без трусов поехал.

- Каждый на своем место. – Тоже обозлился прокурор. – Я школьный вальс не танцевал, - Прокурор проделал эротический жест руками, - И под дерево с несовершеннолетней девочкой не пошел бы.

  Бабан промолчал и быстро пошел домой. Гармошка осталась на берегу речки. Прокурор подобрал гармонь, взял за ремни и понес ее вслед за Бабаном в дом.

   Они вышли из дома быстро, сели в машину.

- Куда поедем? – Спросил Бабан.

- К отцу девочки. – Коротко ответил прокурор. – Будем решать проблему.

- Может ко мне в кабинет. – Жалобно предложил Бабан. – Там мне легче поговорить с отцом девочки. – Бабан посмотрел на прокурора. – Сколько лет отцу?

- Лет на десять, - Уверенно сказал прокурор, - Тебя моложе. Но, думаю, с ним можно договориться. Только не в твоем кабинете. Давай в кафе «Визит». Я позвоню, он подъедет.

  Они сидели в кафе, пили дорогой коньяк. Хозяином чувствовал себя прокурор. Он покрикивал на Бабана, посылал к барменше заказать то или иное блюдо. Бабан послушно все выполнял.

- Что мне этому мужику предложить? – Спросил Бабан после трех рюмок выпитого коньяку. – Сколько денег.

- А ты бы что с таким мужиком, - Прокурор ткнул пальцем в Бабана, - Сделал?

- Я бы его убил. – Твердо сказал Бабан.

- Я думаю, - Тоже уверенно сказал прокурор, - Трех миллионов рублей хватит.

- Много. – Совсем не уверенно сказал Бабан. – Меньше нельзя?

- Меньше не получится. – Также уверенно ответил прокурор. В упор посмотрел на Бабана. – Но ты должен и обо мне подумать.

- Не понял. – Бабан выпил еще одну рюмку коньку.

- А ты думаешь, - Зло сказал прокурор, - Я просто так с тобой сижу? – Он пальцем показал на своего собеседника. – Я с насильником сейчас сижу и хочу его отмазать. – Помолчал и добавил. – Это противозаконно.

- Ну, уж это – то не надо! – Бабан занервничал. – Насильник, противозаконно. Ты сколько дел в моем районе прикрыл и за это бабки взял?

- Много. – Нагло заявил прокурор. – Но ты ни одного факта не докажешь. - - Опять ткнул пальцем в грудь Бабана. – А на тебя у меня заявление отца этой девочки лежит. Это заявление минимум лет на восемь тянет.

- Ладно, -  Сдался Бабан, - Тебе сколько надо?

- Одного миллиона хватит. – Прокурор опустил глаза.

- Слушай, - Жалостно заговорил Бабан, - Это уже четыре миллиона рублей будет. – Схватил своей    рукой руку прокурора. Рука прокурора оказалась влажной. – Давай договоримся на пятьсот тысяч. Эту сумму я хоть сегодня отдам.

- Нет, - Твердо возразил прокурор. – Мне нужен миллион. – Еще тверже добавил. – Я решил новую машину купить.

  Они  выпили еще по рюмке коньяку. Вся закуска так и стояла нетронутая.

  - Все, - Сказал прокурор, - Мужик пришел и стоит на входе в кафе. – Строго посмотрел на Бабана. – Еще раз скажи, ты согласен на все условия. А остальное я сам порешаю, ты только соглашайся и кивай головой.

  - А куда мне деваться! – Сматерился Бабан. – Давай зови, я его приму.

   Бабан забыл, что он не в своем кабинете здания администрации. Он налил полный бокал коньку и выпил и тяжело вздохнул. Но жизнь продолжалась.

 

 

 

 

 

 

 

 

                            КУПОЛА

 

  Сонная муха медленно двигалась по столу главы района. Бабан также как и муха, сидел сонный и лениво наблюдал за ее продвижением. Он понимал, что муху надо прихлопнуть, или, по крайней мере, прогнать с его рабочего стола. Но для этого не было ни сил, ни желания. Перед ним на столе лежала авторучка «Паркер», стоимостью не то три, не то пять тысяч рублей. Ее еще в прошлом году Бабану подарил начальник милиции. Эта авторучка фигурировала в каком – то уголовном деле, но тут подвернулся случай и Бабана наградили каким – то орденом губернатора, но начальник РОВД, решив, что тоже надо отблагодарить Бабана, но денег не было, и взял «Паркер» из дела и подарил своему товарищу. В уголовное дело подбросили простую ручку за два рубля. С тех пор Бабан ни разу не пользовался «Паркером» и он, как сувенир, лежал на его столе.

  Бабан медленно взял ручку в руки, прицелился в муху и бросил в нее предмет. Не попал. Ручка ударилась о пол, несколько раз кувыркнулась. Бабан задумался.

  - Зайди быстро. – Позвонил он секретарю.

   Вошла высокая, стройная девушка в короткой и узкой юбке.

- Подними ручку. – Приказал Бабан, лениво склонил голову на бок, следил за движениями секретаря.

  Секретарь пыталась присесть и поднять ручку, но у нее ничего не получалось. Для того чтобы присесть, надо было еще выше задрать и так короткую юбку. Но чувствовала и видела, что за ее каждым движением следит Бабан. Четвертая или пятая попытка секретаря обернулась вновь неудачей, и тогда она нашла оригинальный выход. Она стала ножкой, обутой в туфельку с высоким каблуком, продвигать ручку к выходу. Перед самой дверью, выходящей в приемную, секретарь остановилась, мило улыбнулась Бабану и медленно произнесла: «Там, в приемной, почти час ждет приема наш местный батюшка. Вы обещали его принять».

  - Сейчас приму. – Закрыл глаза Бабан. Смотреть уже было не на что. – Пусть еще минут пятнадцать подождет и зови. – Остановил жестом секретаря. – Он там молится?

- Нет. – Ответила она. – Сидит спокойно, в окно смотрит.

- Ладно, - Согласился Бабан, - Зови. Не будем томить батюшку. – Секретарь открыла дверь и выпнула авторучку в приемную. – Заходите, батюшка. – Раздался оттуда ее голос.

  В проеме двери появился батюшка в своем традиционном одеянии, со свисающей на грудь уже седеющей бородой. Входя в кабинет, он перекрестился, потом смиренно сложил руки на груди и стал ждать приглашения присесть.

- Я знаю твои проблемы. – Сразу приступил к делу Бабан. – И мы их обязательно решим. Это нам очень даже запросто. – Он открыл уставшие глаза и спросил. – Ты знаешь такое выражение: «Как два пальца об асфальт».

- Вы знаете, - Медленно начал разговор батюшка. – Я слышал где – то это выражение. Но оно не соответствует моему образу мыслей и общению с мирянами. Мой сан предполагает совершенно иной разговорный статус. Ему я и следую.

- А у нас, - Откровенно заявил Бабан, - Можно разговаривать так, как жизнь подсказывает. А жизнь – она очень тяжелая штука. – Бабан опять закрыл глаза. – Вот сегодня я столкнулся с неразрешимой задачей. – Глава открыл глаза и посмотрел на батюшку. Тот внимательно смотрел на Бабана. – Я никак не могу убить муху. Вот она, сволочь, второй час ползает по моему столу, а я никак не могу сосредоточиться на работе. Из – за этого и тебя почти час не принимал. – Батюшка молчал.

- Давай, договоримся. – Заговорщически прошептал Бабан. – Ты сейчас убьешь муху, а я решу твои проблемы.

- Может, ее просто поймать, - Жалобно заявил батюшка, - И выбросить в окно.

- В окно, согласен. – Бабан лениво улыбнулся. – Но сначала надо ее убить.- Погрозил батюшке пальцем. – Ты ее живой в окно выбросишь, а она завтра опять залетит в мой кабинет, будет ползать по столу и нагадит. Нет, ее надо убить, и с глаз долой.

  Вошла секретарь. Она принесла авторучку, улыбнулась сначала батюшке, потом Бабану и подала ему канцелярский предмет.

- У тебя там линейка была. – Сказал ей Бабан. – Длинная такая и широкая. Принеси ее батюшке, он муху убьет.

  Секретарь тоже увидела муху на столе главы. Она презрительно и брезгливо усмехнулась, резко развернулась на высоких каблуках и вновь вышла из кабинета.

- Хорошая девушка. – Заметил батюшка. Он присел на стул у краешка стола.

- Хорошая, - Согласился Бабан. – Только вот присесть не может.

- (?!) – Не понял батюшка.

- Хотела присесть здесь. – Показал на пол Бабан. – У меня в кабинете. Но не получилось, юбка мешала. Боялась, что я ее трусы увижу. Я и так знаю, в каких трусах она ходит. – Резко и твердо добавил. – Давай к делу.

- Я насчет куполов для церкви. – Начал серьезный разговор батюшка.

  В это время вновь вошла секретарь. Она молча подала батюшке линейку, даже  не взглянула на стол, где все еще дремала муха, развернулась и удалилась из кабинета.

- Так вот. – Продолжал батюшка. – Я насчет куполов для церкви. Епархия оплатила проект и составлена смета расходов.

- И сколько у нас, - Закрыл глаза и приготовился считать Бабан, - На один куполок выходит?

- На один купол, - Стал уточнять батюшка, - Приходится около одного миллиона двухсот тысяч рублей.

- А у нас шесть куполков? – Уточнил Бабан.

- Шесть, батюшка, шесть. – Согласился священнослужитель. – Есть другие работы, но мы их в проект не внесли.

- Итак, - Считал в уме Бабан, - Получается семь миллионов двести тысяч рублей. Минус по пятьсот тысяч с каждого купола, то останется четыре тысячи двести тысяч рублей. – Открыл глаза и в упор посмотрел на батюшку. – Тебе трех ящиков кагора хватит?

- Каких три ящика кагора? – Не понял батюшка.

- Ну, тот  божественный напиток, - Усмехнулся Бабан, - Которым ты причащаешься сам и народ причащаешь.

- А почему три ящика? – Все же не понял батюшка.

- Тебе трех ящиков мало? – Пригрозил пальцем Бабан и по-своему понял священнослужителя Бабан. – Ладно, десять ящиков. – Усмехнулся. – Больше не проси, не дам.

- А мне ничего не надо, - Обиделся батюшка, - Я для прихода стараюсь.

- Знаю я вас. – Строго ответил Бабан, - Все говорят, что для прихода или для народа. А сами шикарные коттеджи строят, на дорогих иномарках ездят. - В упор посмотрел на батюшку. -

Вот у тебя машина есть? –  Батюшка кивнул головой. – Какой марки и на какие шиши ты ее купил? – Ехидно улыбнулся. – На приношения прихожан?

- У меня машина служебная. – Обиженно заметил батюшка. – Я на ней по всему району езжу. Людей много умирает, я их отпеваю. – Тоже посмотрел на Бабана. – А у вас автобусы не ходят.

- Ты власть не критикуй. – Повысил голос Бабан. – Власть она во всем порядок любит. А у тебя машина на тебя оформлена. – Наугад сказал Бабан. – Я в ГАИ проверял.

- У нас так принять. – Возразил батюшка. – Машина служебная, а оформляют на священнослужителя.

- Ладно, - Примирительно сказал Бабан, - Давай о куполах. – Наконец, он встал из – за стола, подошел сзади к батюшке, положил свои огромные руки на его плечи и сильно надавил. Батюшке стало больно, но он стерпел. – Я все вопросы решу сам. Ты не в один вопрос не лезешь, а то не получишь своих куполков. – Бабан вернулся в свое кресло. – Получишь за свое молчание десять ящиков кагора. Если все получится, я тебе свою старую служебную машину подарю. – Бабан опять встал, оперся руками о край стола. – Машина очень хорошая, на нее мой первый заместитель засматривается. – Бабан свернул из пальцев фигу. – Вот ему! Надо купола ставить. – Сел на место. – Согласен?

- Да, я согласен. – Батюшке некуда было деваться. Он поднялся со стула. - Вот вам все документы. Я пошел.

- Ты муху еще не убил. – Напомнил Бабан. – Убьешь, забери с собой, по дороге выбросишь.

…Прошло полгода. Бабан опять сидел в кабинете. Дремал. Вошла все та же секретарь, все в той же короткой и узкой юбке.

- С вами по телефону, - Сказала она нараспев, - Батюшка хочет поговорить. Говорит, очень срочное дело.

- Соединяй, - Разрешил Бабан, - Я знаю, о чем он будет говорить.

- У нас несчастье. – Раздался в телефоне плачущий голос батюшки.

- В чем дело? – Спокойно спросил Бабан.

- Два купола, - Чуть не плакал батюшка, - Не подходят по размеру. Они  на тридцать сантиметров в диаметре меньше, чем надо.

- Ну, это не беда. – Соображал на ходу Бабан. – Оставим их на новый приход. – Немного задумался и твердо сказал. – Готовь проект и сметную документацию на эти два купола. Будем ставить заново. – Встал из – за стола, и пригрозил кому – то, глядя в окно. – Не забудь, что на дворе кризис. И теперь каждый купол не менее двух миллионов рублей стоит. Ты меня понял?

 

 

 

 

 

                      КОГДА ЖЕНА В ПАРИЖЕ

 

   Бабан лежал в хирургическом отделении городской больницы. Он тупо смотрел в потолок и пытался вспомнить, что же с ним произошло. Он даже не помнил, сколько дней он находится в больнице. Помнил только отдельные эпизоды из нескольких предыдущих дней. В памяти произошел какой – то провал.

  Сразу же после Дня защитников Отечества в большом белом зале правительства области всех глав администраций районов области собрал губернатор. Губернатор был свеж, одет по последнему слову моды и не чувствовалось, что он где – то праздновал большой праздник.

- Мы все хорошо отдохнули. – Он пригляделся к некоторым опухшим лицам глав районов. – Некоторые даже излишне. – Усмехнулся губернатор. Успокаивающе махнул рукой. – Да и ладно. Со всеми бывает. – Он внимательно посмотрел на Бабана, сидящего в первом ряду белого зала. – Но теперь мы должны подумать о наших женщинах. – Некоторые в зале недоуменно переглянулись. – Я что имею в виду? – Сам себе задал вопрос губернатор. – Скоро Международный Женский день. – Строго спросил. – Все об этом помнят? – В зале раздался неодобрительный гул. – Ладно, - Успокоил чиновников губернатор, - Знаю, что помните.

- У меня для всех есть очень интересный подарок. – Губернатор улыбался. – Я закупил двести билетов для поездки в Париж. – Собравшиеся вновь загалдели и тоже заулыбались. – Мы отправим туда только женщин. Пусть отдохнут, на Эйфелеву башню посмотрят, на Енисейских полях погуляют. – Опять улыбнулся. – Я там был. Красота! – Все тоже опять заулыбались. И тут же замолчали, увидев, что губернатор поднял руку. – Сейчас поднимитесь в аппарат губернатора и получите билеты.

  Бабан почти первым попал в аппарат губернатора. Он сразу же расстроился, увидев, что на его район дали всего лишь один билет. Бабан резко схватил билет и выскочил из кабинета, никуда не заходя, пошел на стоянку автомобилей.

- Поехали домой. – Бросил он шоферу.

   Шофер тронул машину с места и поехал в сторону выхода из Саратова. Бабан сидел, нахмурившись, и заговорил только после того, как отъехали от города километров на тридцать.

- Вот ведь не везет. – Начал возмущаться Бабан. – Всем, наверное, по два – три билета дали, а мне всего один. Кого теперь в Париж отправить.

- А я тебе совет хороший дам. – Неожиданно пришел на помощь шофер. Они работали вместе давно и были почти в приятельских отношениях.

- Валяй! – Разрешил Бабан.

  Однажды крутой мужик, - Начал медленно шофер. До города было далеко и они не спешили. – Достал две путевки в дом отдыха. Он долго думал, кого отправить отдыхать на Юг. Было два варианта: отправиться самому с женой или с любовницей. Но он решил совершенно по – другому.

- И как он решил? – Поинтересовался Бабан.

- Он придумал самый оригинальный способ. – Продолжил рассказ шофер. – Он решил отправить в дом отдыха и жену, и любовницу. Они друг друга не знали.

  И вот они возвращаются домой. По очереди повествуют мужику о своих приключениях в доме отдыха.

- Вот эта, - Говорит жена, и, показывая на фотографию любовницу, - В доме отдыха оттягивалась по полной. Не было ни одного мужика, с кем бы она не переспала.

  А потом мужик побывал у любовницы. Она тоже рассказала о днях отдыха: кто, с кем  и когда.

- А вот эта как себя вела? – Спрашивает мужик, показывая на фотографию жену.

- А эта штучка была всех нравственнее. – Сделала удивленные глаза любовница. – Она с мужем приехала, с мужем и уехал.

  Бабан долго и отчаянно смеялся и тут же принял окончательное решение. В Париж он отправит жену, а сам проведет время с Клавкой. Клавка давно хотела побывать в его доме.

  Жена была безумно рада подарку мужа. Она сразу стала собираться в Париж.

- Куда ты спешишь? – Смеялся Бабан. – До Женского дня больше недели.

- А никто обижаться не будет? – Спрашивала она в ответ. – Вот скажут, жена главы поехала, а другим не досталось.

- Никто ничего не знает. – Осторожно отвечал Бабан. – Да и ты молчи.

- Да разве я удержусь? – Честно призналась жена.

   Бабан отправил жену в аэропорт в Саратов на своей служебной машине. Она на прощание поцеловала его в обе щеки.

- Спасибо тебе, милый. – Прошептала она.

- Да ладно тебе. – Потрогал ее за зад Бабан. – Мне не жалко.

- Я быстро приеду. – Поторопилась она в ответ.

- А я думал, - Возразил Бабан, - Ты в Саратове на день задержишься. Отдохнешь с дороги.

- После Парижа, - Фыркнула жена, - И отдых в Саратове. Нет, я сразу домой.

   Бабан закрыл за ней дверцу автомобиля, и он умчал ее в аэропорт.

- Ну, все! – Звонил по мобильнику Бабан. – Дуй ко мне домой, я калитку оставлю открытой.

   Бабан зашел домой, поставил на стол в зале бутылку шампанского, вазу с фруктами, коробку каких – то дорогих конфет и два фужера.

- А у тебя в доме ничего не изменилось. – Появилась в дверном проеме Клава. – Только вот люстрочку твоя мочалка повесила.

- Ну, не надо так про мою жену. – Обиженно протянул Бабан. – И люстра хорошая.

- Могла бы и получше выбрать. – Не согласилась Клава. – Ободки на люстре, как рога. – Клава засмеялась. – Она на что намекает?

- Ну, хватит. – Рассердился Бабан. – Садись, шампанского выпьем. – Он обнял ее за талию, проводил к столу и почти насильно усадил в мягкое кресло. Клава успокоилась и стала болтать ни о чем.

   Время летело быстро. Бабан и Клава лежали в постели на втором этаже особняка главы. Они допивали уже вторую бутылку шампанского.

- Где ты, стерва? – Раздался злой и надрывный мужской крик где – то на первом этаже.

- Ой, - Запричитала Клава, - Это мой появился. – Она заплакала. – Откуда он узнал, что я здесь?

- Одевался скорей. – Тоже растерялся Бабна. – Беги отсюда.

- Куда бежать? – Клава никак не могла попасть ногами в штанины джинсов. – Может, в милицию позвонить?

- Ты что, с ума сошла, дура. – Закричал Бабан. – Беги ему навстречу и останавливай.

  Но было уже поздно. Муж Клавки ворвался в спальню. В руках он держал черенок от лопаты, который прихватил, когда бежал вдоль дорожки к дому. Он схватил его, обломил пополам и рассчитывал использовать как биту.

- Ах ты, кот паршивый! – Черенок сначала упал на спину Бабана, потом он хотел ударить его по голове, но Бабан успел защититься рукой и тут же взвыл  от боли. Бабан упал на пол, катался по нему и кричал. Муж оставил его в покое и взялся за Клаву. Ее он бил руками, но в нем было столько здоровья и злости, что он сломал ей челюсть. Она тоже упала на пол и лежала рядом с Бабаном.

  Муж увидел на подносе шампанское и конфеты. Он засунул шоколадку в род, отпил шампанского прямо из горлышка, остатки его вылил на Бабана и Клаву, и бросил бутылку в угол. Бутылка ударилась неудачно и не разбилась. Тогда муж подошел в Бабану и пнул его в голый зад.

- В следующий раз, - Предупредил он Бабана, - Я тебя убью. – И стал спускаться по лестнице к выходу.

  - Сестра, - Позвал Бабан и хотел встать. Острая боль пронзила все тело, но к Бабану вернулась память. Он вспомнил все, и ему стало страшно. Больше всего он боялся жену, которая завтра должна вернуться домой.

   Вошла сестра, держа в руках все снаряжение для системы.

- А где Клава? – Спросил Бабан.

- Она в соседней палате? – Засмеялась медсестра.

- Позови ее ко мне. – Приказал Бабан.

- Не могу. – Опять усмехнулась сестра. – Она не ходит.

- Что с ней? – Спросил Бабан.

- Это у вас надо спросить, - Огрызнулась медсестра, - Что с ней. А на языке медиков это называется сотрясение мозгов.

- О Боже! – Растерялся Бабан. – Этого мне только не хватало.

- Совсем не ходит? – Опять спросил Бабан.

- С ней муж сидит. – Сообщила медсестра. – Давайте я вам систему поставлю. – Она поставила рядом с кроватью стойку для системы и взяла руку Бабана. – Накуролесили, а мы тут расхлебываем.

- А почему ты такая злая? – Охнул Бабан, когда медсестра вставила ему мглу в вену. Витамины медленно стали поступать в организм Бабана.

- А у меня свой такой же, как ты. – Зло ответила сестра. – Только он меня никак в Париж не отправит. Хоть компенсация, какая никая была. Не так обидно было бы.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

МЕДВЕЖЬЯ ШКУРА

 

  Земляка ждали давно. Он работал и жил в Якутске. Бабан знал, что земляк там занимает очень большой пост. Ни то глава района, ни то начальник налоговой инспекции. Может быть, начальник милиции, или прокурор. Бабан это забыл. Но хотел, чтобы земляк приехал.

   И вот земляк позвонил. Приезжаю, мол, встречайте. Но хочу, чтобы встретили на УАЗике «Буханка» или «Газели». Есть сюрприз, который на простой машине не увезти. Земляку верили, и Бабан знал, что тот может на неординарные поступки.

   Самолет после посадки стремительно с взлетной полосы перешел на предварительную полосу. А потом встал недалеко от здания аэропорта. Земляк появился в проеме двери самолета в числе первых пассажиров. Бабан лично приехал его встречать и стоял возле трапа. Рядом с огромным букетом цветов стояла его секретарь. Высокая, стройная, на точеных каблуках. Бабан обнял земляка, похлопал его огромными руками по плечам, потом уступил место секретарю и цветам. Она поцеловала Земляка в щеку и отдала ему огромный букет цветов.

- Вы не обидитесь? – Спросил Земляк, не дождался ответа и переподарил красавец – букет стюардессе. Та даже присела от неожиданности, покраснела и еле прошептал: «Спасибо».

- Будем встречать багаж? – Спросил Бабан. – А там что? – Не удержался от интереса глава района. Пошутил. – Уж не алмазы ли?

- Алмазы в кармане носят. – Коротко ответил Земляк. – А мы по – крупному работаем. Как охотники.

  Они прошли в багажное отделение, впереди Бабан, следом Гость с секретарем Бабана. Гость подал обслуге соответствующие документы и попросил пригласить носильщиков.

- Такой тяжелый багаж? – удивился Бабан. – Сами не донесем.

- Попробуйте. – Засмеялся Гость. – А теперь я вам скажу, что там.

- Ин – те- рес – но. – Протяжно сказал Бабан.

- Там шкура настоящего медведя. – Торжественно произнес Гость. – Большого бурого сибирского медведя.

- Убитого? – Спросила где – то сзади секретарь.

- Конечно, убитого. – Засмеялся Гость. – Специально к профессиональным охотникам ездил, лицензию заказал. – Потом серьезно заверил. – Все на законных основаниях сделано. – Похлопал Бабана по плечу. – Ничего для родного города не жалко. В местный краеведческий музей подарим. Пусть все смотрят и радуются.

- Конечно, в музей. – Согласился Бабан. – Куда еще больше положить шкуру убитого медведя, как ни в музей. – Добавил почти радостно. - Пусть народ смотрит на шкуру и радуется. – Сам Бабан выстраивал свои планы и не мог поделиться ими с Гостем.

   Подошли носильщики, которым выдали багаж в виде большого почтового ящика. Вчетвером носильщики встали по краям ящика, подняли и понесли к выходу. Там стоял УАЗик с открытыми дверками, куда ящик и был помещен.

- Заплати носильщикам. – Приказал Бабан секретарю. Увидел, что секретарь спрятала свою дамскую сумочку за спину, нахмурился, наклонился к ее очаровательной головке и прошептал. – Отдай деньги. Я тебе их верну.

- Вы мне еще за то кофе, - Тоже прошептал секретарь, - Которое я покупала за свои деньги, не вернули.

- Верну, - Зло продолжил Бабан, - И за шкуру отдам, и за кофе.

   Секретарь вытащила из – за спину сумочку открыла ее, достала портамане, достала сторублевую купюру и отдала ее грузчикам.

   - Поехали домой! – Скомандовал Бабан, до этого успев пошептаться с водителем УАЗика. Он приказал шоферу везти шкуру прямо к местному краеведческому музею.

  Они все ехали в одной машине: гость, Бабан и секретарь Бабана.

- Мы сейчас сразу же приедем к краеведческому музею. – Сообщил Бабан. – Там сразу шкуру медведя и подарим.

- Убитого медведя. – Добавила секретарь.

- Конечно, убитого. – Засмеялся гость. Он засомневался. – Может быть, как – нибудь  по – другому вручим шкуру. Торжественнее и в другом месте. Все - таки медведь из Сибири. – Опять засмеялся. – Дорогу он проделал почти в десять тысяч километров.

- Далековато ехал Мишка. – Поддержал смех Гостя глава района Бабан. – Но, я думаю,  самое время подарить шкуру музею, а мы займемся более обширной программой. – Бабан начал перечислять. – Вас ветераны ждут, в школе, где вы учились тоже все готово к встрече с вами, в самом крупном фермерском хозяйстве гостя ждут, врачи готовы встретиться.

- В Доме культуры, - Включилась в разговор секретарь, - Концерт подготовлен. – Добавила почти хвастливо. – Наши девчата хорошо поют.

- Я это знаю. – Согласился Гость. – Как во все уложимся.

- Извините, - Поинтересовался Бабан, - Вы очень быстро уезжаете?

- Завтра же поеду в Саратов, Там у меня две встречи, - Тяжело вздохнул гость, - А ночью улечу домой в Сибирь.

- Очень жаль. – В душе он был очень рад, что Гость так быстро уезжает. Значит, он высчитал все правильно.

  Машины затормозили возле здания краеведческого музея. Их уже встречали  не многочисленные работники музея, остановились случайные прохожие. Бабан встал на крыльцо и оглядел собравшихся. Он любил этот народ, который во всем ему подчинялся.

- Дорогие земляки! – Начал свою речь Бабан. - К нам приехал самый дорогой гость, которого родила наша Родина, наша земля. – Стоявшему рядом Гостю стало неудобно, он сделал попытку спрятаться за спину Бабана, но на его пути оказалась секретарь.

- Он привез нам самый дорогой подарок, - Продолжал Бабан, - Который можно привезти из холодной и заснеженной Сибири. Но он это сделал. И мы ему всегда будем благодарны за то, что он помнит своих земляков, помнит землю, которая родила и вскормила его. – Бабан сделал секундную передышку. – И самое главное, он помнит школу, которая воспитала его таким, какой он есть – честным, принципиальным и удивительно добрым. Мы сейчас отправляемся именно в эту школу, где учился наш дорогой Гость.

  Собравшиеся люди долго аплодировали. Гость еще по дороге к музею придумывал красивые фразы, которые он скажет землякам, покажет им дорогую медвежью шкуру, расскажет о том, как живут сибиряки, как они ходят на охоту. Но теперь у него отпала всякая охота хоть что – то говорить и ему хотелось побыстрее уехать из этого города, который он любил и вспоминал каждый день в далекой и загадочной Сибири.

- Заносите подарок! – Скомандовал Бабан.

  Несколько мужиков вытащили из УАЗика почтовую коробку и быстро пронесли ее в здание музея. Ни собравшиеся люди, ни работники музея, ни даже сам Бабан так и не увидели этого загадочного подарка. Почтовая коробка исчезла где – то в музее.

- Давайте быстрее в школу. – Поторопил Бабан Гостя. – Нас там уже давно ждут. – Гость внимательно посмотрел на Бабана. Бабан быстро добавил. – Там кто – то перепутал час нашего приезда. Назвал время на один час вперед. Вот люди и ждут.

- Да уж! – Не посочувствовал, не то осудил Гость. Но надо было ехать в школу и выручать бедных школьников и учителей. А еще гость вспомнил про ветеранов Великой Отечественной, с которыми он тоже должен был встретиться.

- А с ветеранами время не перепутали. – Тревожно спросил Гость.

- Я им перепутаю! – Грозно ответил Бабан. И добавил. – Нет, с ветеранами все в порядке, даже дал команду, чтобы по сто граммов фронтовых приготовили. – Посмотрел на Гостя. – А вы там, в Сибири, своих ветеранов на праздники водкой угощаете.

- Всегда. – Ответил Гость. – Только водку хорошую берем. – Поделился опытом. - Вот появилась водка «Фронтовая», так это, извините, такое дерьмо. Мы другую, качественную водку покупаем.

- Мы тоже хотели другую водку ветеранам покупать. – Тоже согласился Бабан. – Только наши ветераны стали возмущаться – подавай им «Фронтовую» и все тут! – Поразмышлял. – Интересно, на фронте они какую водку пили?

- Там качественная водка была. – Авторитетно заявил гость. – Или спирт. Спирт тоже качественный был. Не то, что сейчас.

- Ой, - Добавила секретарь. – У нас от этого спирта столько людей умерло, что с ума сойдешь.

- Это как случилось? – Поинтересовался гость.

- А, - Махнул рукой Бабан, - По всей области стали технический спирт продавать, как питьевой. Вот и потравились. Сам губернатор вмешался в эту историю.

- Ну и как результат? – Снова поинтересовался Гость.

- Все, кто пил, - Хихикнула секретарь, - Умерли,  и больше никто не травится этим спиртом.

  Так и прошел этот тяжелый, но запоминающийся день. Поздно вечером Бабан отвез гостя к его родственникам на край города и тепло с ним попрощался. Гость еще раз напомнил, что должен уехать очень рано и просил сделать все, чтобы машина не опоздала.

  Бабан устало зашел в свой дом. Он присел в прихожей с трудом снял обувь. Ему всегда было тяжело справляться с обувью – мешал живот.

- Это ты, дорогой, - Раздался из глубины комнат голос жены, - Проходи скорей, я тебя жду.

   Бабан прошел в зал. Жена лежала посреди зала на медвежьей шкуре, привезенной Гостем из далекой Сибири. Перед ней стоял расписной поднос с бутылкой вина и шоколадными конфетами.

- Отдохнем, - Улыбнулась она мужу, - Дорогой?

 

                        ПАРИКМАХЕРСКАЯ

 

  Весна пришла. Бабан это почувствовал по своей голове. Когда приходила весна, голова у него начинала чесаться и он понимал, что пришло время идти в парикмахерскую и стричь голову. То есть, освобождать ее от волос.

- У нас неподалеку есть парикмахерская? – Пригласил в кабинет секретаря Бабан.

- Есть ответила секретарь. – Прочертила круг ножкой с туфелькой на высоком каблуке секретарь. – Тут сразу же за углом от нашей администрации. – Добавила. – Метров пятьдесят будет.

- Как называется парикмахерская? – Строго спросил Бабан.

- «Элегия». – Почти торжественно ответила секретарь.

- Красиво. – Отметил Бабан. – Метров пятьдесят, говоришь?

- Не больше. – Ответила секретарь и вышла из кабинета главы района.

   Бабан задумался. Надо идти, голова чесалась все больше и больше. Он подумал, что, может быть, ненароком что – нибудь в голове завелось. И он вспомнил детские годы. У них в классе училась девочка, у которой отец работал первым секретарем райкома партии, а мать была алкоголичкой. Девочка сидела впереди Бабана и у нее сзади на затылке в волосах ползали насекомые. Потом Бабан сам  станет первым секретарем и один раз в неделю проверять своих детей на предмет насекомых. Жена, зная эту историю, очень злилась, но Бабан смеялся и говорил, что это он не ее проверяет, он детей контролирует. Так и продолжалось, пока Бабна не перевели в другой район, а дети не выросли.

  Бабан вышел из здания администрации и пошел в направлении, куда отправила его секретарь. Прошел метров двадцать и вернулся. Как – то негоже глава района ходить по городу пешком, надо ехать на машине. Он прошел сквозь здание администрации и прошел во двор. Шофер был на месте, читал какую – то газету.

- Давай в «Элегию». – Скомандовал Бабан.

-Куда, куда? – Не понял шофер.

- В «Элегию». – Недовольно добавил - Свой город знать надо.

- В «Элегию»? – Переспросил шофер. – Это куда? – Удрученно начал перечислять. – Мы с тобой в кафе разных были, в пивнушках, в ресторанах, в Саратове в сауну с девочками ходили. В «Элегии» ни разу не были.

- Это парикмахерская. – Бабана небрежно бросил. – Это тут, за углом. Метров пятьдесят будет.

- Сто пятьдесят метров только до угла. – Начал считать шофер. – А нам еще дальше. – Буркнул себе под нос. - Никто ни считать, ни думать не хочет.

- Ты что там бурчишь себе под нос? – Стал злиться Бабан. – Езжай. Тебе сказали в «Элегию», значит, в «Элегию» и езжай. – Пригрозил. – Вон Егор на твое место просится, возьму Егора. Он - то «Элегию» точно знает.

- Да, ладно, поехали. – Стал мириться шофер и посмотрел на длинные и седые волосы Бабана. – Я тебе давно говорил, что постричься надо. А ты все чего - то ждал.

- Голова не чесалась. – Признался Бабан. – А теперь чешется. – Наклонил голову к шоферу. – Ты посмотри, там у меня ничего нет?

- Нет, - Мельком взглянул шофер на голову Бабана. – Вот шрам остался. – Шофер довольно хихикнул. – Это тебе Клавкин муж тогда черенком след оставил.

- Не надо мне про Клавку, а. – Недовольно заметил Бабан. – С ней уже все давно кончилось. – Бабан с сожалением вздохнул. – Хорошая баба была.

- Почему была? – Удивился шофер. – Она и сейчас есть.

- Ты знаешь, - Решил пооткровенничать Бабан, - С ней что – то произошло. На днях звоню и предлагаю встретиться. А она в ответ, говорит, что после кризиса. – Сокрушенно добавил. – Как – будто для этого надо конца кризиса дожиться. Я так ей и сказал.

- А она? – Посмотрел шофер на Бабана.

- А она засмеялась и сказала, что кризис надолго. И этот кризис везде. – Вдруг закричал. – Ты что не едешь? Поехали. Тебе – то зачем знать про мой кризис? У тебя вот кризис есть?

- У меня кризиса нет. – Заторопился шофер. Напомнил. – Ты у меня на прошлой неделе стольник брал и не отдал. Вот это кризис!

- Приедем, у секретаря возьмешь. – Хотел успокоить шофера Бабан.

- Она не даст. – Уверенно сказал шофер. – Она сказала, что ты ей тоже должен. Ты у нее тоже брал.

- Ладно. – Вновь хотел успокоить шофера Бабан. – Приедем, отдам. У меня там, в кабинете, заначка есть.

- Слушай, - Машина завернула за угол. – Ты почему такой жадный? Мне должен, секретарше должен, в магазинах и кафе должен, а денег у самого много? Отдавать когда будешь?

- Все, хватит. – Рассердился Бабан. – Останови машину. Вот она «Элегия».

  Бабан вышел из автомобиля и зашел в парикмахерскую.  В ней оказалось все уютно, чисто. Почти прямо на входе стояло трюмо и вешалка. Навстречу Бабану выскочила женщина.

- Это для меня честь, - Быстро заговорила она, - Что вы посетили мой салон.

- Ну, до салона тебе далеко. – Бабан вплотную к ней приблизился и положил ей руку на пояс. Она чем – то напомнила ему Клавку. – Но ничего.

- У меня здесь очень хорошо. – Обиделась женщина и отодвинулась от Бабана. – Вы проходите в зал.

- Сейчас  посмотрим. – Бабан прошел в зал, увидел два кресла для стрижки, зеркала и множество других предметов из парикмахерского обихода. Добавил еще раз. – Но ничего. – Сел в кресло. – Покажи свое мастерство.

  Женщина быстро достала из шкафчика белые с розовым оттенком тряпочки, плотно обернула ими Бабана и защелкала ножницами. Бабан в блаженстве закрыл глаза и, казалось, что он задремал. Он опять  вспомнил детство, одноклассницу, своих детей и недовольную жену.

- У меня там все, - Неожиданно спросил Бабан парикмахера, - С головой в порядке.

- У вас хорошая голова. – Довольно заметила женщина. – Только шрам сначала был простой, а потом покраснел. Вы, наверное, что – то вспомнили и заволновались.

- Клавку я вспомнил. – Почему – то солгал Бабан. – Она чем – то на тебя похожа и волнует меня сильно.

- Какая Клавка? – Не поняла женщина.

- Да была тут одна. – Не то парикмахеру, не то себе сказал Бабан.

- Умерла что ли? – Поинтересовалась женщина.

- Почти что. – Женщина удивленно на него посмотрела. Бабан тоже хотел на нее посмотреть, но она удержала поворот его головы и взяла в руки бритву.

- Сейчас заканчиваем. – Сказал она. – Уберем все лишнее, и будет все хорошо.

- А мне понравилось. – Бабан смотрел в зеркало и трогал виски обеими руками. – Все хорошо и аккуратно. – Он обнял парикмахера за талию. Та опять отстранилась. – Я тебе, - Бабан встал из – за кресла. – Сегодня жену пришлю. Ты ее тоже постриги. – Опять похвалил. – У тебя хорошо получается. И предложил. – Тебя от налогов освободить?

- Налоги надо платить. – Уверенно сказала женщина.

- Не надо. – Возразил Бабан. Он опять положил руку на талию женщины. – Будешь стричь меня, жену, ну, иногда Клавка зайдет. А я тебя от налогов освобожу. – Он хотел притянуть к себе женщину, она упиралась. – Договорились?

- Попробуем. – Согласилась женщина. – Только не надо так. У меня муж хороший.

- У Клавки тоже муж хороший. – Потрогал шрам Бабан. Он был доволен посещением парикмахерской.

- Ты опять остался должен? – Поинтересовался шофер.

- Я ее от налогов освободил. – Откинулся на кресло Бабан. – Она довольна. – Провел рукой по голове. – А хорошо постригла. – Посмотрел внимательно на водителя. – Ты запомни «Элегию». Вечером сюда жену мою привезешь. А завтра Клавку.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

КЛАДБИЩЕ

 

  Бабану позвонили из военно-мемориальной кампании и сообщили приятную новость. Пришла разнарядка на смену двадцати пяти памятников на могилах участников Великой Отечественной войны. Добавили, что можно в список включить участников локальных войн. Бабан сначала пропустил эту информацию мимо ушей. Но вспомнил о ней поздно вечером, когда ехал мимо кладбища и вспомнил всех своих родственников, покоящихся на городском погосте. Стало грустно, но более отчетливо, не смотря на тяжелый рабочий день, заработал ум.

- Вот что, - Сказал он с порога жене, которая кинулась помогать ему переодеться, и уже давно приготовила тапочки, - Ты всех наших родственников помнишь, кто на местном кладбище похоронен?

- Конечно, помню. – Удивилась жена.  Забеспокоилась. – Что – нибудь случилось?

- Нет, - Успокоил жену Бабан, - Просто, мне позвонили из ВМК и сказали, что для нашего района дают двадцать пять памятников из черного мрамора. Надо бы это как – то использовать.

- А что такое ВМК? – Не поняла жена.

- Это военно-мемориальная кампания. – Спокойно объяснил Бабан. – Она занимается увековечиванием памяти ветеранов. Хоронит их, памятники ставит и меняет. Кажется, они работают от Министерства обороны и у них денег, в этой кампании, как во всей нашей области.

- Но мы – то здесь при чем? – Все же не поняла жена.

- А при том, - Начинал нервничать Бабан, - Что эти памятники можно установить нашим родственникам. А тем ветеранам, памятники наших родственников. Поняла?

- Поняла, - Радостно сообщила жена. – У, какой ты умный. – Немного задумалась. – Но у нас двадцати пяти родственников нет. Я сейчас не помню – то ли семнадцать, то ли девятнадцать наберется.

- Вот поэтому я тебя и попросил все уточнить. – Бабан снова успокоился. Подумал и добавил. – Не хватит наших, соседей возьмем, продадим им памятники.

- Неудобно как – то. – Засомневалась жена. Тоже подумала, тоже добавила. – Памятники чужие.

- Памятники уже мои. – Засмеялся Бабан. – Давай ужинать.

  Утром жена подала Бабану готовый список. Он пил чай и просматривал  его.

- А вот тут, - Сделал замечание жене Бабан, - Нет даты рождения твоего дяди. Просмотрела.

- Нет, - Возразила жена, - Не пропустила. Даты дня рождения дяди никто не знает.

- Ну, хоть год рождения поставь. – Посоветовал Бабан.

- Я и года рождения не знаю. – Сокрушенно сказала жена. – Никто не знает, когда он родился.

- А там тетя твоя есть. – Стал вносить коррективы Бабан. – Прибавь к ее годам годика два и впиши в список. – Уверенно завершил разговор. – Так будет правильно.

  Бабан пришел на работу и сразу же вызвал к себе ответственного за коммунальное хозяйство. Это в его распоряжении было местное кладбище, и он свою работу выполнял отлично. Если приказывал Бабан.

- Петя, - Спросил Бабан, - У тебя родственник близкий на нашем кладбище лежит?

- Есть, конечно, - Ответил коммунальщик. – Дед там.

- Он ветеран? – Бабан что – то думал.

- Если по профсоюзной линии. – Засмеялся Петр. – А что случилось?

- Вот знаешь, - Бабан не поддержал смеха своего подчиненного. – Есть очень интересная ситуация. – Бабан подбирал каждое слово. – К нам прибывает двадцать пять мраморных памятников. Из черного мрамора. Это для ветеранов войны. – Назидательно добавил. – А у тебя дед по профсоюзной линии. – Увидел, что Петр загрустил, добавил. – Но ничего, что – нибудь придумаем.

  Петр ничего не понимал, но преданно смотрел на своего шефа. Огорчился, что дед не ветеран Великой Отечественной. Но шеф обещал эту оплошность исправить.

- Так что будем делать? – Петр еще раз преданно посмотрел на Бабана.

- У меня есть список, кому нужно поставить элитные памятники. – Бабан протянул Петру светлый листок бумаги. – Впиши в него своего деда. – Бабан задумался. – Там останется еще восемь вакантных мест. Надо определить, кому их предложить.

- Предлагать не надо. – Хитро улыбнулся Петр. – Мы эти места можем продать. – Еще раз улыбнулся. – Вы не против? А потом пятьдесят на пятьдесять.

- Ты растешь. – Одобрительно улыбнулся Бабан. – Но насчет пятьдесят на пятьдесят ты переборщил, или просто не подумал. Давай, не обижаясь тридцать на семьдесят. Хорошо?

- Хорошо. - Согласился Петр. – Он знал, что мог получить и меньше тридцати процентов от сделки. Или вообще ничего не получить. – Мне когда выезжать?

- Сейчас и поедешь. – Бабан похлопал своего помощника по плечу. – У меня есть к тебе еще одно предложение. Но это потом. – Однако передумал сам и добавил. – Мы с тобой создадим некую частную коммунальную службу и назовем ее, например, ООО «Исток» и все им имущество жилищно – коммунального хозяйства перегоним в это общество. – Бабан обнял собеседника. – Это огромные деньги, которые будут принадлежать тебе и мне. – Засмеялся. – Точнее, мне и тебе. Там десятки миллионов. – Бабан еще громче засмеялся. – Это тебе не памятники для профсоюзных деятелей.

  Петр тоже засмеялся и пошел к выходу из кабинета Бабана.

- Я из ВМК отзвонюсь. – Петр остановился на выходе из кабинета. – Не беспокойтесь, все будет О, КЕЙ!

  Бабан был спокоен. У него наступал тяжелый рабочий день.

  - Слушай, - Позвонил он жене, - Ты вчера в парикмахерскую ходила? Вот и хорошо. Деньги не платила? Тоже правильно.

- Слушай, Клава. – Бабан набрал другой номер телефона. - Тебе сегодня в парикмахерскую надо сходить. Там тебя ждут, денег платить не надо.

  Вот и все. Можно начинать работать.

ТЕЛЕФОН

 

   Сегодня Бабан устал. Он приехал домой на своей служебной машине, отпустил шофера и вошел во двор. Сил не было войти домой, и он присел на крыльцо.

- Крыльцо холодное. – Вышла жена и позаботилась о муже. – Простудишь что – нибудь. Вставай, иди домой.

- Ничего я не простужу. – Проворчал Бабан. Усмехнулся. – Все, что можно было, уже простужено.

- Пойдем домой, - Не отставала жена, - Я блинчиков напекла. С медом, с чаем хорошо пойдут.

- Я бы водочки выпел. – Бабан жалобно посмотрел на жену. – Я сегодня устал.

  Жена молча встала и ушла в глубь дома. Она пропадала минут десять, Бабан терпеливо ждал. Наконец жена появилась и на большом цветном металлическом подносе несла большую рюмку водки и маленькую тарелочку с парой блинчиков.

- Вот твоя норма. – Сказала жена. – Смотри, не повторяй. – Укоризненно посмотрела на мужа. – И так почти всю неделю гулял.

   Бабан согласно кивнул головой. Он взял в правую руку рюмку с водкой, в левую блинчик. Он поднял рюмку на уровень глаз, сквозь нее посмотрел на жену. Ничего не увидел и опрокинул рюмку в рот. Водка пошла легко, не обжигая внутренности.  Бабан повертел в руке блинчик, не спеша, откусил его краешек, потом еще раз и затем засунул блин целиком в рот. Проглотил его.

- Ну, рассказывай, что у нас нового? – Бабан внимательно посмотрел на жену. – Или все по – старому и хорошо.

   Жена присела рядом с ним на крыльцо. Потом приподнялась, сняла кепку с головы мужа, положила ее на крыльцо и села на кепку. Бабан только улыбнулся.

 - Ничего нового нет. – Осторожно начала жена. – Хочу снова сходить в парикмахерскую. - Посмотрела на мужа. – Можно сходить в «Элегию»?

- Можно, конечно. – Разрешил Бабан. – Только не часто. Три раза в месяц хватит.

- Женщине не хватит. – Улыбнулась жена. – Женщине надо больше.

- Ладно, - Опять согласился Бабан. – Можно и пять. Больше не проси. – Бабан тут же вспомнил Клавку. Она ведь тоже попросится в «Элегию» раз пять в месяц. Но она, стерва, может такое количество посещений попросить на неделю. – Пойдем домой, становится холодно.

- А ты выпить больше не хочешь? – Спросила жена.

  Бабан с любопытством посмотрел на жену. Он уже не помнил, когда она ему предлагала выпить.

- За ужином, - Согласился Бабан, - Еще соточку пропущу. Устал. – У тебя еще какие – то вопросы ко мне есть?

- Ты заешь, милый. – Ласково начала жена. – Мне надоело ходить оплачивать телефонные услуги. – Она положила руку на плечо Бабана. – Сегодня ходила, полторы тысячи отдала только за переговоры.

- Почему так много? – Удивился Бабан.

- А я в Москву, в Новосибирск звонила. – Виновато улыбнулась жена. – Вот и набежало. – Напомнила. – Полторы тысячи рублей тоже деньги.

- Говоришь только за переговоры полторы тысячи. – Не понимал Бабан. – А еще за что?

- А еще сто девяносто рублей абонентская плата за стационарный телефон. – Популярно объяснила жена. – Вот и получается почти две тысячи рублей за месяц.

- Ладно, - Согласился Бабан и уже что – то придумал, - Завтра я этот вопрос решу. – Поднялся с крыльца. – А что ты раньше – то молчала? Сколько денег убежало.

   Бабан зашел домой, быстро поел, выпив еще одну рюмку водки, и лег спать. Но он не мог долго уснуть, ворочался, кряхтел. Наконец, раздался его беспокойный храп, жена закончила уборку на кухне и включила телевизор.

   - Начальника узла связи ко мне. – Начал свой рабочий день Бабан с приказа секретарю. – Я его что – то давно не видел. – Внимательно посмотрел на длинные ноги секретарши. – Чем он там занимается?

   Через полчаса главный связист был в кабинете Бабана. Секретарь его уже ждала и сразу же провела к Бабану, который никого не принимал. В приемной главы уже собралось около десяти человек.

- Ну, проходи, стрелок – радист. - Поднялся из – за стола Бабан. – Как жизнь?

- Терпимо. – Ответил связист. – Вот опять сотрудников сокращаем. Это плохо.

- Плохо. – Согласился Бабан. – Хоть связь – то будет нормальной. А то недавно никак не могли до одного села дозвониться.

- А, - Вспомнил связист, - Там столб от ветра упал. А так по всему району связь отличная. И даже сокращение штата не повлияет на качество связи. – Добавил с гордостью. – Это я гарантирую.

- Слушай, - Бабан вышел из - за стола и присел рядом со связистом. – У меня дома плохая связь. Жена вчера жаловалась.

- Не может быть. – Испугался связист. – Мне на днях докладывали, что связь у вас, начальника милиции и прокурора очень хорошая. – Сочувственно добавил. – Мало ли что случится может.

- Типун тебе на язык. – Пошутил Бабан. – Но связь все – таки плохая.

- Я сегодня же сам проверю. – Пообещал связист.

- Проверять ничего не надо. – Остановил его Бабан. – Я вот что придумал. – Бабан сделал хитрое лицо. – Ты мой домашний подключи к этому, - Показал на свой служебный телефон, - Параллельно. – Подмигнул связисту. – Только чтобы никто не знал. – Еще раз подмигнул. - Договорились?

- Конечно. – Обрадовался связист. – Ну, вы голова! – Восхитился связист. – Это мои монтеры почувствуют двойную ответственность за работу вашего телефона. Как за телефон простого гражданина, и как за телефон главы района. – Еще раз восхитился. – Здорово!  Пообещал. - Через полчаса все будет сделано.

  Бабан довольный ходил по кабинету. Еще одно дело хорошее сделал. Пора начинать прием посетителей. Но сначала один звонок по телефону.

- Послушай, - Говорил Бабан по телефону жене. И засмеялся. – Тебе в Израиль позвонить не надо? Или в Аргентину? – Опять засмеялся. – Нет? Ну, тогда ладно. А то звони.

  Бабан опять заходил по кабинету. Мозг сверлила еще одна мысль: а куда подсоединить телефон Клавки?

                                          САРАТОВ. МАРТ. 2009 год

Последнее изменениеПонедельник, 10 Июнь 2013 10:13
Другие материалы в этой категории: « Формула Маркова для подсчета снежинок

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Наверх